Начался осенний призыв. Многие матери красноярских новобранцев опасаются, что их сыновей могут отправить служить на Северный Кавказ. Похоже, долгосрочные командировки парней первогодок в горячие точки, действительно, не редкость. Хотя в военкомате это и отрицают. Мы встречались с матерью солдата-срочника, полтора месяца отсидевшего в чеченском плену,женщина рассказала жуткую историю.

«Когда его спасли, он был настолько страшен...» То, что 19-летний Денис остался жив, действительно чудо. Солдат-срочник провёл полтора месяца в чеченском плену на хлебе и воде. Всё это время его держали в деревянном ящике, похожем на гроб. Руководство военной части разводило руками. После нескольких недель неведения, женщина сама отправилась в Чечню на поиски сына. Наталья Анатольевна, мать бывшего военнопленного: «О боязни не было речи, это же сын, я не знаю, чувствовало сердце или нет, но верила, что мы его найдём». Позже выяснилось, что солдаты голодали . Денис с другом пошли на приработки к местным и оказались в плену. Отыскать сына Надежде Анатольевне помогли члены миротворческой миссии. Говорят, повезло. Многих пропавших не могут найти годами. Информацию о том, сколько новобранцев не возвращаются из горячих точек, спецслужбы тщательно скрывают. Всего за обе чеченские кампании на Северном Кавказе побывало 6 с лишним тысяч красноярцев. Яков Петров - один среди немногих солдат-срочников. Он попал в Чечню через полгода службы. Сразу после курса молодого бойца. Яков Петров, бывший солдат: «Сказали, ребята, кто хочет пораньше освободиться домой, день за два, 800 рублей в день, на год раньше. Ситуация такая, понимаете, ребята поедут, а ты останешься, у нас коллектив был…» Яков отслужил недолго. Три месяца. С Чечни призывник вернулся с медалью и II группой инвалидности. Тяжёлое ранение в ногу. Лечится до сих пор. Говорит, остался в живых только потому, что очень хотел вернуться. Попасть в плен в Чечне, говорят бойцы, - хуже смерти. Матери красноярских солдат, чьи сыновья побывали в плену, уверены, что на Северном Кавказе действует своя мафия. Русских солдат там покупают и продают. Это довольно отлаженный бизнес. Причём, втянуты в него бывают и российские военные командиры. Наталья Анатольевна говорит, российские рабы делятся на несколько категорий. Кого-то продают, кого-то пытаются обменять на своих. Впрочем, федералы на это не идут. Родным пленников аборигены в таком случае угрожают присылать их близких по частям. В министерстве обороны утверждают, что сегодня солдаты-срочники в Чечню могут поехать только через полгода, и по контракту. Боец, отслуживший 6 месяцев, видимо считается способным воевать по-настоящему.